Как столетние бактерии из Петербурга обыграли западную фармацевтику – и почему за петербургской овсянкой выстроилась очередь из Китая?
Мероприятие «Экспортёр года-2025», прошедшее накануне в Петербурге, продемонстрировало любопытный парадокс современной российской экономики. То, что 4 года назад казалось вынужденной мерой – импортозамещение, – сегодня оборачивается экспортным потенциалом. Причём речь идёт не о сырье или полуфабрикатах, а о высокотехнологичной продукции, основанной на научных разработках вековой давности.
История ленинградской – теперь петербургской – научной школы знает немало примеров разработок, опередивших своё время. Пробиотический штамм «Наринэ», созданный сто лет назад армянским учёным и названный в честь дочери, – один из таких случаев. Компания «Пробиодукты» из Ленобласти сегодня превратила эту разработку в линейку продуктов, не имеющих мировых аналогов.
Вячеслав Кузнецов, руководитель отдела продаж компании, формулирует различие между западным и восточным подходами к здоровью с редкой точностью:
«В Китае очень развита культура ферментированной пищи – капусты, кимчи. У них медицина работает по-другому. Не так, как у нас».
Он имеет в виду, что традиционная восточная медицина, как и армянская школа, рассматривает организм целостно, в то время как современная западная специализируется на отдельных органах.
Эта философская разница оборачивается вполне практическим преимуществом. Продукция «Пробиодукты» включает три компонента: гипоаллергенный штамм «Наринэ» на овсяной основе (срок годности – год, а не три месяца, как у конкурентов), трёхмесячный детокс-курс для выведения патогенов и эликсир из 21 штамма бактерий для восстановления клеток. Одна бутылка содержит сто порций. Интересно, что русской продукцией уже очень интересуются именно в Китае и других восточных странах.
«Россия богата овсянкой настолько, что хватит для всего мира», – отмечает Кузнецов. В этой фразе – ключ к пониманию нового этапа российского производства: сырьевая база плюс научная школа равняется экспортный продукт.
Наш петербургский производитель пошел еще дальше. Знакомьтесь, ЗОЭ — пробиотические композиции работают на метаболитах и лизатах – веществах, которые бактерии уже выработали, и фрагментах бактериальных клеток.
Звучит сложно, но суть проста: продукт приносит пользу даже тогда, когда сами бактерии уже не живые или их мало. Метаболиты выполняют функции активных веществ – подкисляют среду, участвуют в синтезе витаминов, защищают от патогенной флоры. Лизаты «тренируют» иммунную систему, помогая ей распознавать микробы без перегрузки организма живыми культурами.
Технология ЗОЭ – это ответ на вопрос, который западная фармацевтика решает иначе: как доставить пользу пробиотиков без рисков, связанных с живыми бактериями. Петербургский подход оказался элегантнее.
Петербург и Ленинградская область обладают уникальными предложениями для самых разных рынков. «Пробиодукты» уже экспортируют в Казахстан, получают положительные отзывы на маркетплейсах, иностранные партнёры запрашивают образцы. Компания готова к масштабным поставкам.
Здесь важно понимать контекст. Четыре года назад импортозамещение воспринималось как вынужденная изоляция. Сегодня выясняется: у российских производителей есть что предложить миру. Причём не в силу политической конъюнктуры, а благодаря научным школам, сохранившимся с советских времён, и сырьевой базе, которую никто не отменял.
Способна ли Россия масштабировать этот опыт? Превратить единичные продукты «Пробиодукты» и ЗОЭ в системное явление? Пока точного ответа нет. Но то, что происходит в Петербурге и Ленобласти, даёт основания для осторожного оптимизма. Когда вековая наука встречается с современным производством и сырьевой базой, получается продукт, конкурентоспособный на мировом рынке.
Мы в Max
Мы в ВК
